По достаточно меткому определению одного из философов, цинизм есть «просвещённое несчастное сознание». Проще говоря, циником уместно назвать человека, свободного не только от идеологии, но и от всякой критики этой самой идеологии, для которого мало что свято. Мы, врачи, в изрядной мере попадаем под это определение. Психиатры – не исключение.
Откуда берётся цинизм врачей? Скорее всего, это - защитная реакция психики и ещё одно из проявлений профдеформации. Причём реакция не самая худшая. Ведь работаем-то мы с горем, болью и страданиями, а защита у нас никудышняя - белый халат, диплом да немного опыта. Если принимать всё близко к сердцу - сгоришь, как свеча (даже термин такой есть –«сгорание врачей»). Или пить начнешь, а то и транквилизаторами будешь спиртное закусывать. И самое худшее - это когда ты понимаешь, что больным нужно было не твое сердце, а конкретная помощь, а у самого уже и сердца не осталось, и мозги на рефлексах двадцатилетней давности работают…
Четвёртый курс. Обход профессором хирургического отделения. Мы - весёлые, не отягощённые ответственностью ребята, за широкой спиной профессора на ходу играем в «двадцать одно». Больная - бабулька семидесяти лет со злокачественной опухолью толстого кишечника. Профессор говорит о необходимости операции. Старуха - в плач: «Я не выдержу, я старая, мне 75 скоро, меня никогда не оперировали!». Профессор снисходительно улыбается: «Голубушка, у вас ещё только средний возраст!». Выходя из палаты, моет руки и спрашивает у нас: «Знаете, почему семьдесят пять - средний возраст? Это - средний возраст продолжительности их жизни!», хитро подмигивает и оглушительно хохочет…
На отделении от ожогов только что умер человек. В это время там же находится учебная группа с преподавательницей. Начинается суета: «Так, ребята! Пока не увезли в морг - учимся делать внутривенные, ставим подключичный катетер! Первый - пошёл! К станку!». Так мёртвые учат живых…
«Скорая» приезжает на вызов по острому инфаркту, но опаздывает. Человек скончал-ся. Для утешения родственников порой разыгрывается спектакль под названием «Реанимация трупа». Заряд дефибриллятора - восемь киловольт. «От винта!». Тело подбрасывает, раздается запах паленого. Ещё пару раз. «Мы сделали всё, что могли». Ничего не вводим при этом – патологоанатом мгновенно отличит эти следы от инъекций, сделанных еще живому. Родственники благодарят и за это.
Старичок, уже слабоумный, с вывихом стопы попадает в больницу. Приходит профессор с группой студентов, перекладывает его на каталку и везет в перевязочную. Вправляет вывих, тут же... вывихивает ее обратно. После чего заставляет каждого студента вывихнуть и вправить. Если бы вы слышали, как бедный старичок матерился после этого!
В наибольшей мере врачебный цинизм проявляется при обучении будущих докторов в тех областях медицины, где много крови, боли и смерти. Поэтому мы, психиатры, можем показаться наивными девушками по сравнению со специалистами из неотложной хирургии или экспертами-криминалистами («Ваша смерть - это наше здоровье»).
Впрочем, лучше быть циничным, чем трусливым или брезгливым. Больные тонко чувствуют подобное отношение к себе. Одна девушка-студентка после первого посещения острого психиатрического отделения сказала: «Мне так их жалко, что я не смогу с ними работать». Стоявший рядом ординатор резонно заметил: «Жалко у пчелке в попке»...
Позволю себе вспомнить одну старую студенческую песню, исполнявшуюся на мотив некогда широко известной песни Вахтанга Кикабидзе:
Полчаса нет пульса, полчаса нет пульса.
У стола стоим как дураки.
Влито сто растворов, больше нет конвульсий,
Нет рефлексов - сужены зрачки.
Вот и всё, что было, вот и всё, что было,
Ты как хочешь это назови:
Для хирурга просто фиброаденома,
А для женщин - проводы любви.
И того, что вскрыто, и того, что вскрыто -
Нам уже капроном не связать.
Там, где были пятки - вылезло пол-матки!
Что же нам родным её сказать?
Помню, как оставил скальпель в диафрагме,
И в canalis femoris - пинцет.
Где хотите, люди, счастья вы ищите -
только в медицине счастья нет.
И еще один пример напоследок. В Ереванском меде некогда шли занятия по врачебной этике и деонтологии. Преподаватель подводит группу к постели больного и начинает вещать: «Вот этого пациента мы успешно прооперировали, по данным гистологии - раковых клеток не обнаружено. Прогноз заболевания - благоприятный. Завтра больной уже выписывается к семье и будет продолжать успешно трудиться. А теперь - все внимательно посмотрели на мой правый глаз». Глаз преподавателя подмигнул…
Комментариев нет:
Отправить комментарий